Лавра, детский дом и дорога в ад

Штатный (как оказалось, даже на зарплате) сотрудник Министерства культуры Украины и историко-культурного заповедника «Киево-Печерская Лавра» гр. Лотыш недавно дал обширное интервью пропагандистскому изданию «Радио неСвобода». В нём Авраамий рассказывает, как тяжко ему жилось при старом начальстве, а вот теперь, совсем хорошо жить стало. При этом, проводя журналисту экскурсию по помещениям «нижней Лавры», везде отсутствовало электричество, но для вдыхания полной грудью «духа свободы» свет, собственно, не особо то и нужен. Думается, что ближе к зиме, отобранные у УПЦ корпуса, попросту законсервируют, ведь их ещё отапливать нужно как-то, а это, знаете ли, недешёвое удовольствие.

Вообще, весь сюжет формирует некую грустную пародию на кинофильмы «12 стульев» и «Собачье сердце», в которой Лотыш выглядит то женщиной-экскурсоводом музея буржуазного прошлого Лавры, то председателем лавркома Швондером. Проводя экскурсию по резиденции Блаженнейшего, Лотыш сокрушается, что в ней было аж две трапезных! Невольно вспоминается визит Швондера и ко к профессору Преображенскому на предмет изъятия у последнего нескольких комнат квартиры на нужды домкома, одна из которых — столовая. «Но позвольте, а где же я тогда буду есть?», — спрашивал профессор. На что представители домкома ему отвечали: «В кабинете». Видимо в данном случае, Лотыш, рассказывая журналисту, что монаху в монастыре допустимо иметь лишь одну комнату, так же хотел, чтобы Предстоятель Церкви обедал в кабинете или келии, и там же делал всё остальное: принимал людей, проводил заседания Синодов и т.п..

В конце концов, ни на что не влияющий сотрудник заповедника гр. Лотыш, который на протяжении всего сюжета демонстративно именуется «И.О. наместника Лавры», заявляет о том, что он, дескать, не позволит кому бы то ни было открыть в монастыре что-то, что не соответствует его профильному предназначению, но при этом, высказывает какую-то инфантильную мечту — основать при Лавре сиротский приют. Ну, прямо вылитый завхоз 2-го дома Старсобеса Александр Яковлевич из «12 стульев», который, под видом попечения о приюте, распродавал имущество Воробьяниновского особняка, в котором эта богодельня, собственно, и располагалась.

Идея с приютом, в принципе, не нова. До этого на территории Лавры уже собирались создать реабилитационный центр для военных, центр культурного возрождения и т.п.. Учитывая управленческий опыт Минкульта и новых хозяев Лавры, в лучшем случае, очень скоро там начнут сдавать в аренду «предназначенные к сносу» помещения, а территорию монастыря сделают каким-нибудь «Музеем монашеского наследия», где круглогодично будут проходить ярмарки медовухи, кройки и шитья, а на Масляной неделе, с песнями и гулянками, будут водить какую-нибудь маланку.

При всём этом, Лотыш почему-то замалчивает о том, что всё время до экспроприации монастырского имущества, при Лавре функционировала бесплатная столовая для бедных, которая кормила массу людей ежедневно. Молчит Авраамий и о том, сколькими детдомами и больницами опекался лично митрополит Павел — настоящий наместник Лавры. Говоря проще, при беспрепятственном действии УПЦ на территории Лавры, всё это происходило обыденно и на постоянной основе. Увы, не происходит сейчас. И как бы гр. Лотыш не пытался разделиться между умными и красивыми, но в Лавре, благодаря новым хозяевам, больше нету всего хорошего, с чем она всегда ассоциировалась: ни молитвы, ни христианского милосердия, ни монашеской жизни.

Сам Авраамий, по ходу сюжета, недоумевает о том, почему же ему вменяют измену и предательство. «Какую присягу или клятву я нарушил?», — спрашивает «в пустоту» Лотыш. У многих, по этому поводу, уже давно создалось впечатление, будто этот Авраамий в Лавре вообще взялся из ниоткуда. По сюжету видно, что он путается, ничего не знает, на вопросы даёт размытые ответы. Кажется, будто он и не жил в Лавре, монастырской жизнью — так точно. Иначе, знал бы, какие клятвы и обеты нарушил. Как минимум — это обет послушания наместнику обители и священническая присяга.

А все разговоры о детских домах, фондах помощи черноморским дельфинам и прочих никогда не осуществимых идеях, неминуемо сводят образ И.О. наместника на государственном обеспечении к Иуде Искариоту, который точно так же хотел «не тратить миро на Христа, а продать и раздать заработанное нищим». Вот уж, воистину, благими намерениями устлана дорога в ад.