Прилетело откуда не ждали

В то время, пока отдельные ревнители ждут, что именно Украинская Православная Церкви уклонения в раскол, прилетает откуда не ждали. Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата опубликовала релиз по результатам встречи с представителями МВД республики. Предметом обсуждения было расторжение «административных и канонических» связей с РПЦ. Примечательно, что новость о встрече опубликована лишь на эстонском языке, в то время как на русской версии сайта сообщение об этом отсутствует. С другой стороны, это и не удивительно. Ведь вещи, которые написаны в релизе, претендуют на крамолу месяца.

Мы давно следим за ситуацией в ЭПЦ МП и, надо сказать, риторика иерархии Эстонской Церкви, по крайней мере — внешне, меняется в геометрической регрессии. Если ещё два месяца назад викарий Эстонской митрополии епископ Тартуский Даниил, частично исполняющий представительские функции, заявлял о том, что ЭПЦ МП не сможет существовать полноценно, если разорвёт отношения с Русской Православной Церковью, то сегодня в Эстонской Церкви уже открыто обсуждают с властями этапы отделения от РПЦ.

В этот раз диалог Церкви с эстонскими властями был более «продуктивным», чем прежде. По его результатам Эстонская Церковь публично обязалась внести изменения в Устав, которые указывали бы на расторжение связей с Московским патриархатом и даже наметила диалог о возможном объединении с Эстонской митрополией Константинопольского патриархата. Более того, Церковь должна предоставить государству «дорожную карту» выполнения своих обещаний, указав в ней даты и пошаговую реализацию намеченных планов. Всю эту подготовительную работу ЭПЦ МП должна проделать до конца августа, а государство, в свою очередь, гарантировало Церкви полную свободу и неприкосновенность (судя по всему — на этот период).

Интересно, что анонсированные в ЭПЦ МП шаги в направлении «от Москвы», очень напоминают требования, которые были поставлены государством перед Украинской Православной Церковью. Разница лишь в том, что УПЦ выполнила лишь первый пункт, чётко обозначив критерии, по которым пойдёт на второй. Изменения в Устав УПЦ с удалением упоминаний о принадлежности к РПЦ были внесены на Соборе в Феофании ещё в 2022 году. Кроме отсылки к Грамоте Патриарха Алексия II, в документе действительно не осталось ни слова о связях «с Москвой». Что касается диалога с ПЦУ, — тот же Собор указал на его невозможность ввиду агрессивной политики последней в отношении УПЦ.

Хотя Эстонская и Украинская Православная Церкви пребывают практически в одинаковом статусе в отношении Московского патриархата (и та и другая — автономные, но у УПЦ больше прав), ЭПЦ МП находится в однозначно более слабых позициях в отношении государства республики. По состоянию на сегодня, ЭПЦ МП — это всего лишь две епархии, около 40 приходов и 80 человек духовенства, в то время, как УПЦ в разы больше, почему имеет силы для значительного и длительного сопротивления властям. Этот фактор обязательно нужно учитывать при желании провести параллели между ситуациями.

Коллеги справедливо обратили внимание на то, что если всё озвученное — не «финт», а в ЭПЦ МП действительно собрались выполнять озвученное, это вполне может означать, что речь идёт о предстоящем расколе. Тем не менее, нельзя исключать и того, что заявления епископа Даниила предварительно согласованы с Патриархией и существует некий резервный план, по которому викарий Таллинской митрополии сейчас и действует. В конце концов, обращают на себя внимание несколько моментов.

Во-первых, когда в ЭПЦ МП заговорили об изменении Устава, прозвучала едва уловимая огласка о «сохранении ссылки на Томос 1993 года» в новой редакции документа. Фактически то же самое сделала УПЦ в 2022, таким образом, обозначив наличие канонической связи с РПЦ и отсутствие претензий на автокефалию. Во-вторых, происходящее в ЭПЦ МП нельзя назвать паникой. Во всём происходящем и сказанном вполне просматривается структуризация, а озвученные намерения скорее продиктованы необходимостью современных реалий, чем неким желанием отречься от РПЦ.

В-третьих, заявленный диалог с ЭАПЦ Константинопольского патриархата не обязательно приведёт к объединению, ведь диалог — это условия, на которые обе стороны имеют право не идти. УПЦ, напомним, в разное время тоже формировала комиссии по диалогу с бывшей УПЦ КП, но это ни к чему не привело.

С другой стороны, если всё происходит именно так, как мы предположили, тогда необходимо констатировать тот факт, что политическое давление, которое осуществляется на Русскую Церковь по всему миру, всё же приносит свои плоды. Тенденции в данном случае создаются крайне беспокойные, поскольку положение большинства епархий РПЦ за границей является схожим с тем, что имеет место в Эстонии. С аналогичными проблемами Русская Церковь сталкивается в Литве и Латвии. Нечто схожее происходит и в Молдове. О ситуации в Украине вообще говорить нет смысла, ведь статус УПЦ — с зарегистрированной на запрещённую, — может измениться уже в этом месяце.

Обращает на себя внимание так же и то, что в большинстве перечисленных случаев (за исключением Молдовы), атака на РПЦ вне России происходит при консультациях и содействии местных властям Константинопольского патриархата. Сложно представить, каким образом будет решена ситуация с Эстонской Церковью, однако стоит напомнить, что в этом вопросе каждый прецедент служит «маркером» тех самых «красных линий», которые можно или нельзя переступать. К примеру, вопрос с изменением Устава уже был прощупан УПЦ. Результаты показали, что это, возможно — оранжевая, но ещё не красная линия для Церкви-Матери. Сейчас, судя по всему, этот же шаг сделают в Эстонии. И, вполне может быть, что в Эстонии такой способ ослабить давление правительства на Церковь сработает.

Что является «красной линией»? Провозглашение самочинной автокефалии, которое естественно не будет поддержано ни в Москве, ни в Стамбуле, поставив, таким образом, тех, кто решится на этот шаг, в статус раскола. И, что-то подсказывает, что Эстонская Церковь вряд ли пойдёт по такому сценарию. Таким образом, в Эстонии фактически повторится то, что произошло в Украине 2 года назад. По видимому нынешние реалии не предполагают каких-либо других способов не выпасть «из орбиты» РПЦ, в то же время выполняя все требования государственных властей.