Обратился чтобы обратиться

Итак, сразу после возвращения с Фанара, глава ПЦУ Епифаний Думенко направил публичное обращение в адрес Предстоятеля Украинской Православной Церкви Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Онуфрия. Основной темой этой «декларации о намерениях» стал призыв к диалогу об объединении. Естественно, тема актуальная для всего церковного медиа-поля и вот почему.

Стоит отметить, что нечто схожее публиковалось сразу после собрания функционеров ПЦУ, которое проходило в мае 2024 года. «Снова, как и в предыдущие годы, засвидетельствовать желание и готовность нашей Поместной Церкви вести диалог, цель которого — достижение единства украинского православия вокруг Киевского престола на основе Томоса об автокефалии«, — сказали тогда в ПЦУ.

Никаких практических шагов после этого со стороны ПЦУ совершено не было. В организации прекрасно понимают, какие именно раздражители мешают УПЦ начать с ними диалог, однако эти проблемы так и не устранили. Тогда, — обратим на этот момент внимание, — за спиной Епифания стоял митрополит Фанара Эммануил Адамакис, который был на соборе в роли наблюдателя от Варфоломея.

В этот раз глава ПЦУ обратился к Предстоятелю УПЦ сразу после поездки на Фанар(!). Тон письма с прошлого раза не поменялся и остался сдержано хамским. Думенко назвал Предстоятеля УПЦ «митрополитом в Киеве», а архиереев Церкви — «теми, кто пребывает с ним». Контекст тоже не изменился. В ПЦУ, говоря об объединении «без условий», не предлагают ничего другого, кроме как присоединиться к ним на основе Томоса, выданного К-пльским патриархом.

Кроме того Думенко упомянул требования к началу диалога, которые на Соборе в Феофании выдвинули в УПЦ. Глава ПЦУ назвал их нереальными для выполнения, и здесь он был прав. Напомним эти условия:
— прекратить захват храмов и принудительные переводы приходов Украинской Православной Церкви;
— осознать, что их канонический статус, как он зафиксирован в «Уставе Православной Церкви Украины», является фактически неавтокефальным и значительно уступает свободам и возможностям в реализации церковной деятельности, которые предусмотрены Уставом об управлении Украинской Православной Церкви;
— решить вопрос каноничности иерархии ПЦУ, ведь для Украинской Православной Церкви, как и для большинства Поместных Православных Церквей, вполне очевидно, что для признания каноничности иерархии ПЦУ необходимо восстановление апостольской преемственности ее епископов.

Думенко абсолютно не лукавит в данном случае, поскольку понимает, что согласиться хотя бы с одним из этих условий — значит поставить под сомнение все предыдущие действия по «легализации» ПЦУ, как структуры. С другой стороны, в самой УПЦ также осознают, что ПЦУ на такие шаги не пойдёт.

Что имеем в итоге. Во-первых, скорее всего в обоих случаях, — в мае и в августе, — обращения в адрес УПЦ были опубликованы под давлением из Константинополя. Самого Думенко и Ко вполне устаивает сложившийся порядок вещей, в котором ПЦУ, поддерживаемая государством, занимает доминирующую позицию со всеми вытекающими из этого дивидендами.

Во-вторых, тон обращения и выдвинутые в нём условия указывают на то, что в ПЦУ прекрасно понимают бесперспективность самой идеи. Такой шаг с их стороны — скорее формальность, на которую они пошли с оглядкой на Фанар, чем реальная попытка «наладить мосты».

В-третьих, обращение опубликовано накануне вероятного принятия закона №8371 о запрете УПЦ. Это указывает на то, что в ПЦУ формально отстранились от подозрений в заинтересованности такого развития событий и, если их кто-то после этого будет упрекать, они могут сказать: «Мы к ним обращались, а они не послушали. Значит, их не интересует судьба украинского православия, а больше всего они хотят оставаться верными Москве».

Так что, никто не строит иллюзий по данному поводу. Едва ли Предстоятель УПЦ пойдёт на какой-то даже формальный диалог, учитывая, что вопрос запрета Церкви стоит на окончательной стадии. С другой стороны, этот диалог не нужен никому из ПЦУ, ведь там прекрасно понимают, что главная «пирушка» ещё впереди.