О примитивных манипуляциях и лжи лоббистов ПЦУ

Интервью директора Международного института Афонского наследия Сергея Шумило, посвящённое украинскому религиозному кризису, разошлось широким тиражом по, в первую очередь, светским СМИ. Вместе с тем, Шумило, будучи в фарватере латентных лоббистов ПЦУ, о большому счёту не сказал ничего нового или отличного от того, что об этом постоянно говорят государственные чиновники и религиозные эксперты, типа Еленского, Сагана, Ковальской и прочих Филиповичей.

В то же время, если учитывать озвучиваемые ими тезисы, создаётся впечатление, что они рассчитаны на умственно неполноценных или тех, кто абсолютно не ориентируется в ситуации. Контекст утверждений того же Шумило — это сплошные противоречия и манипуляции, на отдельные примеры которых мы бы хотели обратить внимание читателей.

1. Закон № 3894 (бывш. №8371) не запрещает УПЦ, поскольку в нём нет ни слова об УПЦ.

Эту «истину» неоднократно озвучивали сторонники запрета УПЦ, что, однако, идёт в абсолютное противоречие с происходящим вокруг. Как только этот закон был проголосован в Верховной Раде, все без исключения укр.СМИ написали, что №3894 запрещает деятельность именно УПЦ. В той же ПЦУ, после принятия закона, с призывом к диалогу «без условий» обратились именно к УПЦ, а не к РПЦ, которой в Украине попросту не существует, как юридической организации.

Депутат Потураев неоднократно указывал на то, что согласно принятому закону будут проводить экспертизу уставов именно УПЦ, а не всех религиозных конфессий Украины. Кроме того, «религиоведческая экспертиза» существующих уставных документов УПЦ, которую проводили махровые лоббисты ПЦУ, типа Черноморца, Смирнова и Деркач, стала фактически заочным приговором УПЦ, поскольку «эксперты», не найдя в Уставе УПЦ никаких указаний на пресловутую «связь с Москвой», заявили о том, что у УПЦ и РПЦ есть каноническая связь. Как этот термин обосновать с юридической точки зрения — вопрос до сих пор открытый и ответа на него никто так и не дал.

Таким образом, тезис Шумило и его коллег о том, что закон № 3894 не запрещает УПЦ, поскольку там об УПЦ нет ни слова, абсолютно несостоятелен. То, что цель закона не названа, не значит, что никто вокруг не понимает о ком именно идёт речь. Кроме того, сам Шумило в своём интервью в итоге таки признаёт, что закон именно об УПЦ: «Что касается УПЦ, этот закон дает рычаги, чтобы эта церковь окончательно приобрела не декларируемую, а настоящую независимость. И закон не требует, чтобы эта юрисдикция объединилась или с ПЦУ, или еще с кем-то. Закон требует, чтобы у нее четко было принято решение, которое конституирует полный выход и полное освобождение от своей зависимости от Московского патриархата». Так о ком этот закон? Не об УПЦ, говорите?

2. Закон № 3894 (бывш. №8371) не ограничивает свободное исповедание религиозных убеждений гражданами.

Ещё одна излюбленная манипуляция, которую часто используют лоббисты ПЦУ в своих интервью на указанную тему. Что значит «ограничение права на вероисповедание»? Является ли таким ограничением ситуация, когда религиозную организацию лишают регистрации? Безусловно! А ограничивает ли свободу вероисповедания ситуация, когда у религиозной организации отбирают храмы, лишают другого имущества, при этом не предоставляя альтернатив? Безусловно! Можно ли считать ограничением на свободу вероисповедания случаи, когда, как во Львовской или Ивано-Франковской областях, местные власти преследуют верующих УПЦ, которые не имеют возможности собираться для молитвы даже в частных помещениях? Как считаете, Сергей Шумило? Всё выше перечисленное — это уже ограничение свободы вероисповедания или ещё нет?

Лоббисты ПЦУ, заявляющие о том, что закон якобы не об УПЦ и тем более не об ограничении права на свободу вероисповедания, открытым текстом заявляют о том, что когда он заработает, именно УПЦ лишится больше трёх тысяч культовых сооружений, без которых, реализация религиозных нужд граждан, будет существенно осложнена. Об этом, кстати, говорит и сам Шумило: «И если они не сделают этот шаг, тяжелую ампутацию такую для себя, духовную ампутацию, прежде всего, то, действительно, со вступлением закона в полную силу у них возникают проблемы, потому что они будут терять статус юридического лица, право пользования определенными культовыми сооружениями, которые принадлежат государству. То есть речь не идет о культовых сооружениях, которые в частной собственности, но культовые сооружения, принадлежащие государству, и, согласно этому закону, государство тогда должно решать эту проблему.»

3. После выполнения требований закона № 3894 (бывш. №8371), никто не заставит УПЦ присоединяться к ПЦУ.

Нас успокаивают, что в случае, если УПЦ публично объявит о разрыве КАНОНИЧЕСКИХ связей с РПЦ, тогда никто в Украине не будет в праве влиять на дальнейший статус Церкви. Тем более, как сказал в интервью Сергей Шумило, от УПЦ не будут требовать присоединиться к ПЦУ. Однако, абсолютно не согласны с Шумило его коллеги, которых можно назвать условными «ястребами» в этом вопросе. Смирнов, Павленко, Саган и многие другие «внештатные эксперты» ГЭСС, в один голос утверждают, что в Украине не может существовать других православных церквей, кроме ПЦУ. Один из идеологов закона №3894 депутат Потураев неоднократно указывал на то, что УПЦ должна будет присоединиться к ПЦУ и никак иначе.

Такую манипуляцию Шумило можно считать фактически убаюкиванием церковной общественности, поскольку если УПЦ всё же пойдёт на выполнения норм указанного закона, это будет означать — согласие с теми клише, которые упорно навязывались в отношении Церкви последние десять лет. Обратите внимание на то, что закон требует именно разрыва канонических связей с РПЦ, то есть, говоря проще, расторжения Евхаристического и молитвенного общения, что неминуемо поставит саму УПЦ в статус неканонической религиозной структуры. В таком случае, с канонической точки зрения, признанная четырьмя Поместными Церквями ПЦУ, условно будет считаться более каноничной, чем ушедшая в раскол УПЦ. И, надо признать, что именно этого добиваются упомянутым законом.

4. После выполнения требований закона № 3894 (бывш. №8371) УПЦ сможет самостоятельно решать своё дальнейшее будущее.

Попробуем чисто теоретически смоделировать ситуацию, когда УПЦ действительно выполняет требования закона №3894 и заявляет о разрыве связей с РПЦ. В каких случаях этот план мог бы быть реализован? Поскольку УПЦ не является автокефальной Церковью, после принятия такого решения Ей необходимо искать каноническую альтернативу, то есть — вхождение в состав другой Поместной Православной Церкви. Условно говоря, мы поверили Сергею Шумило, который сказал, что к ПЦУ присоединяться не обязательно и никто не будет заставлять делать это. Что дальше?

По идее, УПЦ могла бы обратиться к Предстоятелям Поместных Церквей, с просьбой — принять УПЦ под свою юрисдикцию. Какая из Поместных Церквей сегодня имеет возможность формировать свою юрисдикцию на территории Украины? Ответ на этот вопрос можно найти в недавнем конфликте ГЭСС и Румынского патриархата. РумПЦ стала первой и, судя по всему, последней Поместной Церковью, которая попыталась обосноваться на территории Украины. Однако, вопреки нормам украинского законодательства, Румынский патриархат, который хотел создать условия для румынского нацменьшинства в отдельно взятых регионах страны, получил необоснованный отказ.

Такая ситуация послужила сигналом всем остальным Поместным Церквям, которые могли бы воспользоваться ситуацией в случае ликвидации УПЦ. Государство НЕ ДАСТ возможности даже зарегистрироваться на территории Украины, не говоря уже о том, чтобы передать в собственность другим Поместным Церквям культовые сооружения, которые планируют отобрать у УПЦ. Поэтому Сергей Шумило просто-напросто солгал, когда сказал в интервью, что: «Демократически-правовое государство не может отрицать право существования любых религиозных организаций в Украине, если они не связаны с государством-агрессором и поддержкой войны против Украины».

Стоит отметить, что такую «доказательную базу» демократичности запретительных процессов в отношении УПЦ в государстве приняли, как основную. Эти утверждения повторяются с регулярностью раз-два в месяц, а меняются лишь спикеры. Эта системность указывает на то, что в профильных государственных учреждениях прекрасно понимают, что ситуация с законом №3894 выглядит прескверно. Международные правозащитные организации мирового уровня, которые точно нельзя заподозрить в симпатиях к УПЦ, прямо говорят о том, что этот закон является нарушением и ограничением прав граждан на свободу вероисповедания.

Таким образом, нарушение данным законом фундаментальных прав граждан увидели даже за океаном, не говоря уже о том, что вынуждены переживать священники и верующие УПЦ, в государстве, которое фактически «обнулило» религиозные предпочтения 8 миллионов украинцев, делая при этом вид, что ничего не происходит. Поэтому, Сергей Шумило, вы либо сознательно лжёте, отстаивая, таким образом, интересы «государственной церкви», которой фактически назначена ПЦУ. Либо вы абсолютно не ориентируетесь в теме, что наталкивает на вопрос — а зачем тогда комментируете?