Как ПЦУ полностью провалила внешнюю политику

Итак, 14 июля в отобранной у УПЦ Киево-Печерской Лавре прошло собрание ключевых функционеров ПЦУ под названием “Архиерейский собор”. Само по себе мероприятие не ознаменовалось ничем особенным, никаких серьёзных или судьбоносных решений принято не было. Тем не менее, наше внимание привлёк Доклад главы ПЦУ Епифания Думенко.

Мы перечитали его полностью и, откровенно говоря, находимся в полном недоумении. Если это доклад главы церкви, которая претендует на признание во всём Православном мире, тогда у ПЦУ, скорее всего, нет чёткого видения, как развивать свою внешнюю политику дальше.

В Докладе главы украинской схизмы объёмом в 15 страниц значительное внимание было посвящено… России. Епифаний Думенко упомянул РФ, РПЦ и всё, что с этим связано, аж 106 раз! Какое содержание этих реплик – догадаться не сложно. Очевидно, что глава ПЦУ, претендующий на равноправные отношения с другими Поместными Церквями, ближайшие лет 100 не собирается устанавливать контакты с Московским патриархатом. Не очень дальновидно, учитывая тот факт, что пушки рано или поздно умолкнут, война окончится, а вот сомнительный статус ПЦУ точно не нормализуется сам по себе.

Дальше больше! Думенко перенял примитивную тактику украинской дипломатии – кто не с нами, тот против нас! По сути глава ПЦУ обвинил Поместные Церкви, которые не признали возглавляемую им организацию, в зависимости от Москвы. Несколько абзацев доклада было посвящено тому, как и каким образом Церкви “заражаются ересью русского мира”, из-за чего признание ПЦУ, по мнению Епифания, остановилось.

Характерно, что он не берёт во внимание тот факт, что рядом Православных Церквей мира к украинской схизме были выдвинуты целиком обоснованные претензии. Прежде всего есть вопросы к апостольскому преемству, во-вторых, к формату предоставления им автокефалии Патриархом Варфоломеем и, в-третьих, к агрессивной политике в отношении Украинской Православной Церкви. Разве сложно хотя бы попытаться объяснить своим визави что и как? Однако поскольку таких контраргументов от ПЦУ мы не слышали, значит, скорее всего, им просто нечего ответить. Вместо этого, они огульно обвиняют всех в “связях с Москвой” и пошло намекают о “российском финансировании”, доказать которое они конечно же не могут.

Кроме прочего, у критики главы ПЦУ были и прямые адресаты. Досталось Сербской, Македонской и Румынской Церквям. Патриарха Порфирия обвинили в том, что он комплиментарно отзывался о президенте России. Вообще, конечно, странные претензии. Сербия, насколько нам известно, не просто не воюет с Россией, но напротив старается поддерживать дружеские отношения. Что же теперь? Патриарху Порфирию не встречаться с Путиным, чтобы не задеть таким образом нежные чувства Епифания? И вообще, какое дело главе УКРАИНСКОЙ религиозной структуры до внешней политики Сербского патриархата? Ещё более глупо такой выпад в адрес Сербской Церкви выглядит после того, как президент Сербии Вучич посетил Москву, а после – Украину. И никто его в Киеве помидорами не закидал.

Следующей жертвой доклада главы ПЦУ стала Македонская Церковь. Думенко обвинил МПЦ-ОА в том, что она получила Томос от Сербской Церкви и вошла в “альянс с Московской патриархией”. В итоге он сделал вывод, что поскольку этот Томос не получен от Фанара, следовательно он неканоничный, как, судя по всему, и сама МПЦ-ОА. Откровенно говоря, такие тезисы из уст главы ПЦУ, субъектность и каноничность которого со скрипом признали лишь 4 из 16 Поместных Церквей, звучат странно. Безусловно, пока не все признали Автокефалию МПЦ-ОА, но сама Церковь имеет сопричастие со всем Православным миром. А что по этому поводу у ПЦУ? Не признана ни “церковь”, ни автокефалия. И этот человек будет учить Церковь Македонии каноничности?

Румынский патриархат Думенко оставил “на десерт”. Следует напомнить, что Румынская Церковь долгое время находилась в “зоне риска” в вопросе признания ПЦУ. В Бухаресте изначально заняли сдержанную позицию по украинской тематике, хотя на периферии были попытки установить контакт между РумПЦ и ПЦУ. Яблоком раздора стало вмешательство и фактическое препятствование учреждению Румынским патриархатом своей дочерней структуры на территории Украины. Собственно говоря, именно об этом и заявил Думенко в упомянутом докладе.

Речь идёт о Румынской Православной Церкви Украины – структуре Румынского патриархата, в которую по замыслу Бухареста должны были войти православные румыноязычные приходы Украины. Что характерно – все эти приходы на данный момент относятся к УПЦ, а их количество колеблется в районе 130-150. Большинство из них расположены на Буковине, часть на Закарпатье и в украинской Бессарабии. В ПЦУ, чтобы не потерять контроль над таким перспективно “лакомым куском”, на скорую руку состряпали Румынский викариат, парируя таким образом намерения Румынской Церкви.

Вот только Бухарест этот шаг не смутил и не испугал. Документы на регистрацию своего “бренда” в Украине были поданы в государственные органы и… погрязли в бюрократии. Не секрет, что такую ситуацию для румын не в последнюю очередь создали представители ПЦУ, поскольку создание Румынского филиала на территории Украины им совершенно не выгодно. Однако в Бухаресте этот шаг ПЦУ раскусили и недавно подвергли беспощадной критике украинскую церковную политику, ГЭСС и ПЦУ. Судя по всему, именно этот шаг РумПЦ так возбудил Епифания, что он в своём докладе обвинил Румынскую Церковь в неканонических действиях и этнофилитизме. Думенко добавил, что ПЦУ сама разберётся с украинскими румынами. Вот только самих румын почему-то Думенко забыл спросить. В целом, скорее всего и не спросит, ведь знает, что никто из румыноязычных православных не захочет переходить в ПЦУ ни при каких обстоятельствах.

Что мы имеем в сухом остатке? Семь лет – это более чем достаточный срок для того, чтобы хотя бы начать оформлять свою субъектность. Однако за семь лет Епифаний смог склонить в пользу ПЦУ только тех, кого предварительно “уболтал” Патриарх Варфоломей. По большому счёту, мы даже не можем сказать, что Александрийская, Элладская и Кипрская Церкви признали ПЦУ в полной мере, поскольку в этих Церквях есть архиереи, священники и миряне которые не вступают в сопричастие с представителями ПЦУ, при этом открыто критикуя украинскую схизму.

Конечно, Думенко отметил в упомянутом докладе, что поскольку отдельные представители Поместных Церквей всё же сослужили с членами ПЦУ, а те – с теми, кто ПЦУ не признаёт, значит, они так или иначе вступили с ПЦУ в сопричастие. Однако, признаться откровенно, этот аргумент не выдерживает никакой критики. Выходит, что Думенко сравнил возглавляемую им структуру с вирусом, который, по его мнению, разошёлся по всему Православному миру через инфицированных. Однако, следуя такой аналогии, надо сказать, что есть люди, у которых к вирусам проявляется стойкий иммунитет. Так и в этом случае, даже если иерархи, не признающие ПЦУ, вступают в сопричастие с теми, кто ПЦУ признал, это не значит, что они автоматически приняли эту позицию своих первоиерархов и собратий.

Точно также проигрышной является стратегия, согласно которой ПЦУ вешает “всех собак” на РПЦ. Надо признать, что далеко не все в Православном мире согласны с таким взглядом на вещи и уж точно многие не в восторге от того, что глава Фанара сделал их заложниками украинского церковного кризиса. Тем не менее, вода камень точит и те семь лет, которые ПЦУ занималась борьбой со своим прямым конкурентом – УПЦ, вместо того, чтобы работать над формированием позитивного имиджа, сыграли именно в пользу РПЦ. И если кто-то ранее мог усомниться в том, что ПЦУ – это таран против РПЦ, то сейчас это увидели все. Учитывая агрессивную политику украинских схизматиков, никто в Православном мире не хочет иметь ничего общего с ПЦУ, а от её представителей сторонятся, как от прокаженных. С другой стороны, судя по докладу Думенко, создаётся стойкое впечатление, что им это не так уж и нужно. Не признают? Ну и ладно. Обвиним их всех в связях с Москвой.